FeverFantasy

Пророчество

– Сэр Сэгрид, – постучав, окликнула гостя леди Ренла.
Она постучала еще раз, но в ответ услышала лишь тишину.
– Сэр, я могу войти? – несмело приоткрыв дверь, она переступила порог и застыла. Их гость лежал на полу в одном килте и сапогах. Он лежал, уткнувшись лицом в пол, через всю спину, от правого плеча до левого бока, протянулась глубокая резаная кровоточащая рана.
– Сэр? – окликнула гостя хозяйка, подходя ближе.
Опустившись на колени, женщина перевернула его на спину и попыталась поднять, обхватив мужчину под руки, но лишь вымазала платье и руки в крови. Оставив лежать на полу бесчувственное тело, она кинулась прочь из покоев, звать на помощь.
Через мгновение в комнату вошла леди Ренла, а за ней следом в комнату вошел и Баллард.
– Что с ним? – глядя на бесчувственное тело лежащее на полу, спросил лэрд.
– У него горячка.
– Да он ранен! – поднимая его, заметил Баллард.
– На спине, очень большая рана.
– Кто это? – раздался сонный женский голос за спиной.
– Уинфри? – В один голос произнесли леди Ренла и сэр Баллард, оборачиваясь к дверям.
– Идите в свои покои, юная леди, – мягко проговорила женщина дочери.
– Кто это? Я хочу увидеть. Это мужчина? Он ранен?.. – задавала вопросы девушка, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь за спиной матери и отца.
– Это не женское дело, – бросил Баллард через плечо, ложа бесчувственное тело на кровать.
– А мама?
– Она мне нужна. Отправляйтесь немедленно в свои покои! – прикрикнул на дочь лэрд.
– Ну почему на самом интересном месте меня, как всегда, отправляют « к себе »? – огрызнулась девушка.
– Потому, что вы еще слишком малы, – ответила Ренла.
– Для чего, что бы смотреть на полуобнаженного мужчину?
– Именно для этого, – прорычал отец.
– Мне вообще-то уже семнадцать, – бросила девушка и, бубня что-то себе под нос, вышла из комнаты.
Уложив Сэгрида на кровать, Баллард убирая спавшие пряди волос на лицо, тяжело выдохнув, произнес:
– Ну и тяжел он.
– Теперь я стравлюсь сама. Хотя, – протянула Ренла, глядя на лежащего великана на кровати, – помощи мне не помешала бы. Позови Мани.
– Хорошо, – произнес Баллард, направляясь к двери.
– Передай ей, пусть принесет как можно больше полотенец. И передай Джону, что бы принес котел с водой.
Лэрд получив распоряжение жены, исчез за скрипнувшей дверью, а через пару минут в комнату, с большим котлом в одной и полным воды ведром воды в другой руке, вошел не молодой, но еще крепкий мужчина. Вскоре появилась и молоденькая девушка лет пятнадцати со стопкой полотенец и бинтов в руках.
– Мани, – начала леди Ренла, забирая из рук служанки миску с водой, – отнеси эти лохмотья на кухню, пусть их хорошенько выстирают и залатают все дыры.
– Да тут одни дыры – брезгливо, морща нос, проговорила девушка, поднимая с пола одежду гостя и рассматривая ее.
– Мани, быстро! – сердито бросила через плечо хозяйка. – И возвращайся как можно скорее, мне не управиться самой с перевязкой.
– Слушаюсь, леди Ренла. – виновато прошептала Мани и, сгребая в охапку вещи, исчезла за дверью.
Глубокие раны на спине, груди и пару парезов на руках и плечах. Они кровоточили, заливая всю постель алыми пятнами. Промыв раны и наложив бальзам Ренла с при помощи Мина перевязала все раны. Поменяв грязные простыни на чистые и укутав Сэгрида потеплее Ренла довольно окунула взглядом свою работу. Собрав в узел окровавленные вещи, передала их девушке, устало произнесла:
– На сегодня ты свободна, – вытирая со лба проступившие бусинки пота.
Леди Ренла безмолвно стояла у изголовья кровати, когда за спиной раздался тихий голос сэра Балларда.
– Как он? – становясь за спиной жены и положа на ее хрупкие, но сильные плечи свои руки, поинтересовался Баллард.
– Глубокие раны. Он потерял много крови. У него горячка, – констатировала факт женщина. – Я буду молиться за его душу.
– Он молод, силен и крепок. Он выживет, – успокаивал жену лэрд.
– Я надеюсь, – с надеждой устало проронила Ренла, глядя через плечо на мужа.
– Его нельзя оставлять одного.
– Я побуду с ним, – прошептала они. – А утром Мани подменит меня.
– Как пожелаешь, – и, поцеловав жену в лоб, удалился в свои покои.
Она устроилась удобнее в небольшом кресле с высокой спинкой у камина, набросив на ноги плед. Больной тяжело дышал, но ни каких поводов для беспокойства не давал. Ренла откинула голову на спинку и уже через мгновение провалилась в сон.
– Нет… – услышала женщина сквозь сон рычащий голос.
Отбросив плед, она подошла к постели больного. Его лоб был покрыт бусинками пота. Обмокнув лежащее на столике у кровати небольшое полотенце в холодную воду, она приложила его ко лбу Сэгрида.
Сквозь деревянные ставни пробивались лучи восходящего солнца, озаряя комнату багровым светом. Начинался новый день.
– За что?.. – мотнув головой, простонал он. – Кто вы?..
– Все в порядке, – успокаивающе проронила женщина, – вы в безопасности.
Огонь уже потух, и в комнате становилось прохладно. Горячка не хотела отступать, Сэгрида лихорадило, он бредил. «Его необходимо согреть» – подумала леи Ренла, и потянулась к другому краю кровати, где лежало еще одно одеяло. Укрыв больного, она уже собиралась возвратиться в кресло, как железная рука Сэгрида схватив ее за руку, заставила остановиться. Он медленно приоткрыл глаза, посмотрел на нее.
– О, Господь всемогущий, – чуть слышно произнесла женщина, округлив глаза от удивления и прикрыв рот ладонью, что бы своим криком не разбудить весь замок.
Вместо карих глаз гостя, на нее смотрели чужие холодные желтые, как у волка глаза.
– Они сюда не сунутся,… не посмеют… – прерывисто произнес Сэгрид и снова провалился в черную бездну беспамятства, откинув голову в сторону. Губы, чуть приоткрывшись, открыли взору пару острых белоснежных клыков.
Прикусив нижнюю губу, что бы не проронить ни звука, женщина дрожащей рукой разжала сомкнутые вокруг ее запястья пальцы Сэгрида, выбежала из спальни.
Ворвавшись в главный зал, где за столом уже сидел ее муж, занятый поглощением своего завтрака, припала к его ногам.
– Что случилось? – обеспокоено спросил Баллард, глядя в бледное перепуганное лицо жены.
– За что мне такая кара! – причитала она. – Мы приютили самого Дьявола, – задыхаясь от страха, выдавила леди Ренла.
– О чем ты, женщина? – прикрикнул Баллард на вопящую жену.
– Это не человек… Я не позволю… Не отдам… Я … – она стала задыхаться от злости, от безысходности, как выброшенная на берег рыба.
– О ком ты? – схватив жену за плечи, он легонько встряхнул ее и, усадив на соседний стул, и налив полный бокал эля сунул ей в руки.
– Пей, – приказал лэрд.
Леди Ренла одним глотком осушив бокал, закашлялась.
– Успокойся, – потребовал Баллард, похлопывая жену по спине.
Она тяжело дышала, голова шла кругом, из горла вырывался хриплый кашель.
– Успокойся. Я во всем разберусь, – успокаивающе произнес сэр Баллард. – Если ты, конечно, соизволишь мне все рассказать.
Вскоре дыхание стало выравниваться и, успокоившись, она взглянула в глаза супругу.
– А теперь все по порядку и спокойно.
– Он не человек, – начала Ренла, слезно глядя в глаза супруга.
– Кто «он»? – потребовал объяснения Баллард.
– Сэр Сэгрид, или как его там? Он не человек, – лихорадочно качая головой, произнесла женщина.
– Я ни чего не понимаю, – сердито взглянув на жену, проговорил лэрд.
– Я видела его глаза. Он не человек. У людей не бывает таких глаз. Каланса оказалась права, – перешла на шепот Ренла.
– Каланса, сумасшедшая старуха, – отмахнулся от слов жены Баллард.
– Нет. Она сказала правду. Ты помнишь ее слова? – уже совсем тихо, почти не слышно произнесла женщина с безумными взглядом.
– Нет. Она несла какой-то бред. Толи о человеке в облике зверя, толи о звере в человеческом обличии.
– Ни зверь, ни человек… Он явится холодной ночью, – ее шепот теперь походил на шипение безумной старухи, – за самым дорогим…
– Ну и зачем же он пришел? За золотом, драгоценностями? – усмехнулся Баллард.
– Нет, он явился отобрать у нас дочь.
– Помнится мне, что она говорила о пятнадцатой зиме. А Уинфри почти семнадцать, – парировал лэрд, откидываясь на спинку стула и делая большой глоток из кубка.
– С датой она могла ошибиться. Я знаю, я мать, я чувствую, он пришел за нашей Уинфри… Самое ценное, что есть у нас – уже сквозь слезы произнесла леди Ренла, – единственная дочь.